0+
забыли пароль? регистрация

Родословная Книга

Памяти наших предков посвящается...

Поиск
персональной
страницы

Новости

ВЕРЕЯ: Начата обработка источника "Список домохозяев, имеющих право участия в избрании городских уполномоченных по городу Верее на четырехлетний срок 1914-1918 годов".

15.01.2019

РАНЕНБУРГ (ЧАПЛЫГИН): Начата обработка источника "Список лиц, имеющих право участия, на основании 24 ст. Городового положения 1892 года, в выборах гласных по городу Раненбургу на четырехлетие с 1914 года".

06.01.2019

МИХАЙЛОВ: Начата обработка источника "Список лиц, имеющих право участия, на основании 24 ст. Городового положения 1892 года, в выборах гласных по городу Михайлову в 1913 году".

05.01.2019

ЗАРАЙСК: Начата обработка источника "Список лиц, имеющих право участия, на основании 24 ст. Городового положения 1892 года, в выборах гласных по городу Зарайску в 1913 году".

01.01.2019

ВЕТЛУГА: Начата обработка источника "Список лиц и учреждений, имеющих, на основании 24 статьи Городового Положения 1892 года, право участия в выборах гласных Ветлужской Городской Думы на четырехлетие с 1914 года".

30.12.2018

Статистика

В Родословной книге 257645 персональных страниц, 5558 новых персональных страниц

Письма о войне

 

I

Германия объявила войну России.

Немцы дерзко вторглись в наши переделы и стремятся продвинуться дальше...

Россия не желала войны и употребляла все усилия, чтобы мирным путем уладить возникшие недоразумения между Сербией и Австрией.

Теперь вполне ясно, что Германия совместно с Австрией давно обдумала план войны, постепенно готовилась, вооружаясь с ног до головы, и ожидала только подходящего случая, чтобы неожиданно напасть на Россию.

Австрия является послушным орудием в руках Германии и нападение ее на Сербию сделано ею по указанию Германии.

Несчастная Сербия, так много перенесшая в последнюю войну с Турцией, должна была снова взяться за оружие, чтобы защищаться от нападения Австрии.

Где мог искать защиты многострадальный сербский народ, на кого мог он смотреть с упованием и надеждой?

Кругом он окружен врагами.

Происки и интриги австрийских дипломатов вооружили против Сербии Болгарию, и, едва закончилась война с Турцией, как болгары бросились на Сербию и возгорелась война между этими родственными народами.

Кому нужна была эта братоубийственная война?!

Это столкновение нужно было Австрии для того, чтобы обезсилить эти славянские государства и постепенно прихватить их к своим владениям и уничтожить славян на Балканском полуострове.

За Австрией стояла Германия, руководила всеми событиями и в то же время прикидывалась другом России.

Единственной заступницей славян всегда была Россия и ее мощное слово и победоносное орудие не раз спасало их от бед.

Не могла Россия спокойно смотреть, когда Австрия 10 июля настояшего (1914 - прим. РК) года предъявила Сербии унизительные требования, обвиняя весь сербский народ и правительство в участии в убийстве в Боснии, в городе Сараеве, австрийского наследника и его супруги.

Было ясно, что Австрия задумала злое дело и ищет только случая для нападения на славян.

Россия заявила, что не может остаться равнодушною к возникающим событиям и предложила, чтобы найти выход из создавшегося положения, продлить срок для ответа Сербии.

Следующие три дня показали, что Австрия решила разгромить Сербию: она отвергает предложение России, не обращает внимание на предложение Англии передать возникшие несогласия на рассмотрение Комиссии из представителей четырех держав, отклоняет весьма уступчивый ответ Сербии, и 14 числа уже слышатся первые выстрелы, а 15 Австрия объявляет войну Сербии и немедленно приступает к бомбардировке беззащитного Белграда, столицы Сербии.

Всем было ясно, что Сербия ни в чем неповинна: было ясно и то, что одна Австрия, со своими собственными силами, не рискнула бы на такое выступление.

Становилось понятным, что руководителем во всей этой ужасной трагедии является Германский император Вильгельм.

Россия должна была принять меры, и 16 июля была объявлена у нас частичная мобилизация.

Наше правительство ясно видело, что события принимают крайне острый характер и что надо быть готовым ко всяким случайностям, и потому 17 числа была объявлена общая мобилизация.

Эти, во время принятые меры, сразу открыли карты противников: Германии нельзя уже было дольше скрываться, и Вильгельм сразу из друга и родственника обращается в неприятеля и в крайне дерзкой форме, оскорбительной для России, требует прекратить мобилизацию. Это было 18 июля, а 19 числа Германия объявила войну России.

На дерзкое требование Россия только и могла ответить отказом, сознавая правоту своего дела, надеясь на свою силу и не боясь угроз надменного повелителя Германии.

Насколько была коварна политика Германии, видно из того, что задолго там уже были сделаны военные приготовления, были призваны запасные, с самой весны велась усиленная закупка у нас хлеба и ячменя с большой переплатой против существовавших цен, покупались лошади, и в то же время от Вильгельма слышались уверения в дружбе к России.

Роль Германии обнаружена и она бросается на нашу союзницу Францию, даже без объявления ей войны, желая этой неожиданностью запугать ее и тем разъединить с Россией.

Вопреки всем договорам и международным правилам Вильгельм нападает на Бельгию и вводит свои войска мелкими отрядами в наши пределы.

В течение двух недель, благодаря императору Вильгельму, создалось такое положение, при котором ужасная общеевропейская война стала неизбежной.

Россия приняла дерзкий вызов Германии, и наши доблестные войска ответят немцам по достоинству и за их надменность, и за коварство, и за проявленные ими жестокости.

Русский народ, в дружном единении всех народностей, живущих в России, всколыхнулся и бодро посылает своих сынов на защиту Святой Руси от нашествия дерзких иноземцев. Со всех концов необъятной Руси несутся клики - стать крепко против врага в ответ на призыв Державного Вождя земли Русской.

За правое святое дело встает Россия, и это признала вся Европа, становясь рядом с нами и двигая свои армии и флот против разрушителя европейского мира.

Как ни тонко вела Германия свои интриги, но рассчитала плохо, и тяжелая расплата ждет немецкий народ за недружелюбие и козни его правительства.

Каковы же были замыслы и планы Германии и Австрии?

 

II

Чтобы с полной определенностью выяснить замыслы Германии и Австрии, надо прибавить, что наш Государь лично обратился с письмом к Императору Вильгельму с целью предотвратить нападение Австрии на Сербию, но это не только не сломило упорства Австрии, но Вильгельм, как уже сказано в первом письме, предъявил России дерзкие требования.

Ясно, что выработать план войны и подготовившись заблаговременно, Германия выпустила Австрию застрельщиком.

Письмо Государя имело настолько серьезное значение и представляло в международных отношениях документ такой важности, что не принять его во внимание и не сообразоваться с ним в своих действиях ни Германия, ни Австрия, собственно говоря, не имели права по смыслу международных положений и по тому месту, какое занимает Россия, как великая держава.

Такое неуважение к личному обращению Государя само по себе являлось оскорбительным для достоинства России и имело характер вызова.

Не подлежит сомнению, что становясь в такое недопустимое международными обычаями положение, Германия знала, какой она может получить ответ от России, а следовательно она в то уже время была готова к войне.

Точно также и Австрия, выступая против Сербии, не могла не ожидать вмешательства России, как естественной защитницы славян, а следовательно и она уже в то время снарядилась к бою.

Обе эти союзницы держали камень за пазухой, делая вид, что прикладывают руку к сердцу в знак любви и привета.

Как бы не смотреть на политику, но коварство всегда останется коварством и не может найти себе оправдания.

Пишу вам эти строки и невольно вспоминаю из нашего недавнего прошлого один случай.

В восьмидесятых годах (XIX века - прим. РК) для совещания при министерствах приглашались в Петербург "сведующие люди" (это одно время любили делать) попал один и с нашего юга хохол - крупный хозяин, землевладелец. Человек умный, он заинтересовал министра и в продолжительной беседе министр на прямые вопросы нашего сведующего человека разъяснял ему, что хотя и правду он говорит, но нельзя, потому что того требует "политика".

Заканчивая объяснение, министр называя его по имени и отчеству добавил: Поняли И. П-ч?

- Понял, Ваше Пр-во: по Вашему це - политика, а по нашему - обман, та й ще мошенство...

В наши дни и это характерное определение бледнеет и политика превратилась в разбой.

Тяжелая жизнь славян на Балканском полуострове не раз заставляла их браться за оружие и мстить туркам за возможные насилия.

Кровь лилась потоками. Славяне страшной ценой покупали себе те или иные облегчения под ненавистным турецким игом.

Зверски расправлялись турки, не щадили ни женщин, ни детей, потопляя в крови восстания.

Десятки лет тянулось это избиение.

Ближайшей христианской державой к славянам была Австрия...

История не знает ни одного момента, когда бы Австрия стала в этой неравной борьбе горсти балканских славян с огромной турецкой империей на сторону угнетенных.

Наоборот, прихватив к себе чехов и хорватов, Австрия оставалась спокойной зрительницей балканских ужасов, иногда даже разжигая страсти и раздувая вечное пламя ненависти.

Пользуясь случаем, Австрия, под предлогом умиротворения, вводила свои войска в славянские области и затем закрепляла их за собой. Так было с Боснией и Герцеговиной.

По кусочкам она отрывала славянское живое тело в то время, как Турция полосовала его повсюду своими ятаганами.

Тяжело славянам было под турецким игом, но не сладко жилось и тем, которые попали под гент Австрии. Здесь старались онемечить славян и посягали на их православную веру.

Ненавидели славяне турок, и в то же время горело у них сердце и против Австрии, но сил не было отомстить за поругание.

Все взоры славян были обращены на Русь и в ней одной искали они спасения и защиты. Много крови и много жертв принесла Россия на алтарь освобождения славян, вступая много раз в жестокий бой с турками за своих соплеменников и единоверцев.

Силен был враг и жесток в борьбе, но святое дело окрыляло русских воинов, и царство османов таяло и таяло под ударами русских, а вместе с тем легче дышалось и братьям-славянам. Время шло и крепли силы славян...

Наконец ударил час, и дружным натиском славяне сбросили ненавстное владычество. Недавняя балканская война объединила всех славян, и создалась на Балканах сила, которая со временем могла уже потребовать отчета у Австрии за то лихолетье, какое она создавала славянам, когда они были беззащитны.

Час расплаты настал и для Австрии. Час грозного суда приближался, и Австрия дрогнула.

 

III

Австрия дрогнула не от того, что объединившиеся славяне решили напасть на нее, а она дрогнула от сознания той несправедливости, какая ею допускалась в отношении славян в течение целых столетий. Дрогнула она от того, что все ее благополучие, все ее культурные успехи покоятся почти целиком на славянском принижении, безправии и безжалостной эксплуатации их.

События последнего времени внесли просветление в массы, и продолжать далее принижение народностей стало невозможно, выросшие дети - славяне открыто взглянули в лицо своей злой мачехи и сам собою произошел подсчет сил...

Надо было бросить семя раздора.

Австрия приняла меры, и результатом была братоубийственная бойня между Болгарией и Сербией.

К удивлению Австрии ее коварные нашептывания и основанные на них надежды не оправдались: победительницей осталась Сербия, она быстро оправилась от тяжких потерь и явилась центром слывянских пожеланий.

Австрий снова желала отдать Сербию на растерзание туркам, рассчитывая на содействие Болгарии, но и тут расчеты не оправдались.

Ненависть к славянам кипела.

Конечно, вдохновителем всего этого была Германия. Эта христианская держава всеми мерами помогала Турции во время борьбы со славянами, в то же время осуждая их политику на Балканах.

Славяне крепли...

Положение становилось все более и более серьезным и надо было предпринимать решительный шаг.

Рост славян - гроза для немцев.

Надо было во что бы то ни стало раздавить Сербию и тем запугать волновавшихся славян внутри Австрии.

Как теперь выясняется, убийство в Сараеве наследного принца, которым воспользовалась Австрия для нападения на Сербию, было совершено на сербом, а хорватом, т.е. славянином, подданным Австрии.

Крайнее недовольство и вражда славян австрийских были направлены именно на наследника австрийского престола, так как он был вдохновителем политики притеснения славян и душою движения среди немцев, поставившего себе целью всеми мерами онемечить славян, уничтожить православие, язык и снова обратить их в безправную "райю", рабов турок и немцев. Усилившийся немецкий гнет и создал то роковое событие, которое совершилось в Сараеве.

По плану, выработанному Германией, первый удар должна была нанести Австрия, Вильгельм германский и тут хотел оставаться за кулисами и не думал, что он будет разоблачен в своем двоедушии.

Оттачивая нож на Сербию и славян, немцы боялись Россиии потому им нужен был момент, когда Россия не будет в состоянии вмешаться в балканскую распрю и заслонить славян от вражеского нашествия немцев. Поэтому и Австрия и Германия, разработав во всех потробностях план войны и собрав силы, не смели все-таки действовать открыто против славян.

План войны, который выполняет ныне Вильгельм, 40 лет разрабатывался и начат был еще покойным фельдмаршалом Мольтке и Бисмарком и в нем предусмотрены все мелочи, но тем не менее Россия пугала немцев и удерживала их пыл.

Но вот час, повидимому, настал. В России внутренние неурядицы, раздоры партий, обострения у правительства с думой, недовольство в обществе и, наконец, громадная забастовка рабочих последнего времени.

России и дома много дела, а неурядицы ослабят ее военную мощь. Так думал Вильгельм.

Настал вожделенный час для немцев, ибо, ослабив Россию, немцы развяжут себе руки в отношении славян.

К удовольствию немцев и у союзников России, во Франции и Англии, также шли внутренние неурядицы и им, следовательно, не до славян.

И вот немец выступил во всеоружии и напал на Сербию и на Францию и Россию, рассчитывая неожиданностью спутать неготовых к бою своих противников и разбить их по очереди.

И вдруг пред немцами нежданно, негаданно развернулась совершенно другая, внушительно грозная картина вместо той, какую начертали себе немецкие стратеги.

Дерзкий вызов германского императора и объявление им войны России, как электрический ток, пронесся по всей Руси и в один миг спаял воедино вс части ее,  все народности; имолкли внутренние споры, рабочие трогательно забыли свои счеты и обиды, забастовка прекратилась, и сразу все сердца слились в одном желании стать против немцев, прогнать дерзкого врага и всей мощью русской раздавить разбойничий лагерь, ополчившийся на беззащитных и слабых.

То же случилось и у наших союзников. Взрыв негодования охватил Францию и Англию, и пред Вильгельмом выросли грозные армии трех великих держав.

Не прошло и недели, как создалась небывалая в истории Европы коалиция (соединение) против Германии и Австрии, как врагов общего мира, врагов нравственных устоев, добытых тяжелыми усилиями народов.

Быстро сплотились народы и двинули свои армии против безумца, возмечтавшего стать Наполеоном: Черногория, Сербия, Бельгия, Франция, Англия, Россия и, наконец, даже далекая Япония. И изумился Вильгельм, так же, как в сказке солдат: нашел солдат табакерку и хотел нюхать чужого табачку; открыл.., а из табакерки выскочил черт.

 

IV

Наткнувшись неожиданно на сопротивление почти всей Европы, немцы решили запугать своих противников жестокостью расправы в занятых ими чужих областях. С первых дней военных действий начались жестокости. Немцы допустили зверства не только в отношении к борющимся против них войскам, но даже в отношении к мирным жителям. Трудно поддается описанию все то, что допустили они гадкого, безнравственного, ужасного. Война всегда ужасна, но война, которую ведут ныне немцы, превосходит все ужасы, какие совершали, когда-либо даже дикие орды в своем нашествии.

То, что было понятно и возможно в XIII веке при нашествии татар а III и IV веках при нашествии гуннов и вандалов, то казалось немыслимым в наш век, когда человечество сделало такие огромные завоевания в культуре. Но немцы доказали, что они остались теми же варварами, какими были их предки, прикрытые звериными шкурами и скитавшиеся в лесах. вся работа человечества в области морали, философии, в области науки в течение двадцати веков все это для немцев оказалось пустым звуком, бреднями, напрасными стеснениями их разнузданности и высокомерия. Они нахально нарушают договоры ими же принятые и скрепленные их подписями, издеваются, что их противники придают значение "бумажкам", на которых начертаны акты международного соглашения.

Разве такое государство может быть терпимо в цивилизационной семье народов?

Все их философы и гуманисты, имена которых чтит человечество, содрогнутся в сових могилах от того, что совершают ныне из современники. Напрасна была вся работа этих великих умов, никакого следа не осталось от их заветов в сердцах нынешних правителей и руководителей немецкого народа. От императора Вильгельма до пастора, служителя алтаря, все они озверели и забыли заповедь любви и милосердия. Народ, который забывал жалость к побежденным всегда рано или поздно погибал.

Судьба решила ныне произвести свой суровый приговор и над тевтонами.

И не случайны их жестокости и зверства, нет они совершаются обдуманно, по приказанию командиров и самого императора Вильгельма. разрушаются целые города, сжигаются драгоценные библиотеки, уничтожаются исторические памятники, чудо человеческого творчества.

Кто же это мог разрешить?

А на полях битвы солдаты и офицеры добивают наших раненых.

Есть ли другое название этим варварам, кроме названия диких зверей.

То, что творили турецкие башибузуки является игрушкой пред тем, что совершается в XX веке в просвещенной Германии ее согдатами, ее народом, ее профессорами, ее женщинами и ее служителями церкви.

Палачи... звери!

"Вчера я видел, - пишет корреспондент Русского Слова, только-что вернувшуюся даму с оборванными ушами. Прусский капитан, не дав ей возможности отстегнуть серьги, вырвал их с кровью. Один из моих друзей, весь потрясенный от ужаса и негодования, рассказывает мне: "Сейчас мне показали старика. Его везут в психиатрическую лечебницу. Несчастный помешался потому, что на его глазах солдаты-немцы насиловали его 14-летнюю дочь. Умиравшим от жажды детям показывали в окна вагонов и на перонах воду и молоко, и когда они тянулись к ним безсильными, трепетными ручонками,  отвратительные злодеи с хохотом били их палками по этим рукам, отнимали их у матерей и бросали в другие вагоны. А крошечные дети, которых гг. лейтенанты, вталкивая их матерей в вагоны, оставляли на перронах. У одной такой от ужаса пропало молоко, и она тщетно, целуя ноги этих извергов, молила дать ребенку хоть воды. Ее издали дразнили стаканами с молоком и смеялись. Ребенок умер, мать сошла с ума.

Немцы явились не только убийцами и палачами инквизиционного застенка, - это воры, трусливые и подлые, отнимающие деньги и имущество у мирного путешественника, срывающие серьги с дамы, одеяльце с ее ребенка, вызватывающие бумажники из кармана.

Под Данцигом пьяный лейтенант выкинул из вагона, на забаву своим солдатам, интеллигентную русскую девушку. Мгновенно с нее сорвали все и, голую, пинками прогнали в казармы"...

А то, что прусский майор Прескер допустил в занятом немцами нашем городе Калише остается лучшим свидетельством обдуманного варварства со стороны командного состава немецкой армии. Но палач Калиша этот немецкий герой, ныне уже доставлен нашим казачьим разъездом в главную квартиру и он, как разбойник, должен быть предан военно-полевому суду.

Все газеты полны рассказов о немецких зверствах и не только газеты русские, но газеты всего мира.

Немцы употребляют разрывные пули "дум-дум" и сами же подписали Женевскую конвенцию.

Вильгельм отдает приказ разрушить великолепный бельгийский город, не пощадив ни его древних зданий, ни богатейшей библиотеки, ни редкого музея.

И рядом с этим звучит полный силы и великодушия призыв Русского Царя, возвещающий народам мир, свободу и братское единение, на страже которых он становится со своим великим народом. 

 

V

Перечисление всех зверств, допущенных немцами, займет целые страницы и нет такой жестокости, которую они не применили бы за это короткое время войны.

Немцы "осатанели" по русскому выражению.

Зверства их зарегистрированы международной комиссие, которая собирает все случаи жестокостей, проявленных ими во Франции, Бельгии и России, тщательно проверяя их достоверность.

Окончится война и немцы предстанут на суд народов... Может ли быть какое-либо оправдание этим безумцам?

Не раз было установлено, что немцы злоупотребляют белым флагом, выкидывая его в тяжелую минуту и затем предательски открывают стрельбу, когда к ним подходят.

Прусский разъезд напал на наших двух стражников, одного подстрелил, а другого закопал живым в землю. В Бельгии пленного гусара привязали к хвосту лошади и пустили (Русское Слово, №205).

В петроград доставлены наши раненые с отрезанными языками.

Австрийцы, по примеру пруссаков, отрезали у женщин груди (Биржевые Ведомости).

Немцы избивают детей, насилуют женщин и девущек на глазах у их мужей и отцов.

В Бельгии, в одном местечке около Льежа, прусский офицер, командовавший патрулем, выбрал четырех девушек из числа собранных на площади жителей, велел их раздеть до нага, привязать к скамьям и на глазах своих родных они были подвергнуты солдатами самым возмутительным насилиям (Русское Слово, № 190).

Наших казаков, даже мертвых, немцы подвергают надругательствам; они раздевают их до нага и оставляют не зарытыми на съедение зверям и птицам. Жалкая и постыдная месть. Эта трусливая злоба к противнику, который внушает страх своей отвагой.

Немцы оскорбляют святыни, допускают надругание над церквями; топорами раскалывают в куски православные иконы и сжигают на кострах; сжигают церкви.

В г. Млаве они выцарапали глаза у чтимой иконы Богородицы.

В Ченстохове в монастыре устроили дикую пьяную оргию, собрав молодых девушек из лучших семейств города (Русское Слово).

Все это только капля того, что совершено немцами.

Ужасы совершаются каждый день и газеты несут все новые и новые изуверства и свирепости.

Немцы ведут войну не только с людьми, но и с памятниками архитектуры, искусства. Они в своем ослеплении хотят уничтожить все величайшие создания творчества других народов и оставить только свои.

Не пощадили они и знаменитого Реймского собора. Они, оттесненные французами, в своей злобе разрушили собор до основания, намеренно направляя на него артиллерийские снаряды.

Ничем не окупят немцы своего беспощадного разрушения.

В злобе своей за неудачу они хотели насладиться местью и, уничтожая собор, не остановились даже перед тем, что в соборе были положены их раненые, оставленные там при отступлении; несчастные погибли под развалинами.

Нельзя не содрогнуться перед этой лютостью. Смерть и разрушение несут немцы в захваченные ими области...

И рядом с этим - какой уход у нас в России встречают их раненые и австрийцы. Сколько заботливости, какое искреннее чувство сожаления; полная незлобливость, всепрощение беззащитному больному врагу.

Высокое христианское милосердие, всегда живущее в душе русского человека, с полной силой сказалось и в тяжелые дни переживаемые нашей родиной. сказалось великое сердце великого народа.

И не гибель и разорение мирному населению несут наши доблестные войска, вступая в чужие области. "Россия стремится только к одному, чтобы каждый из вас мог развиваться и благоденствовать, храня драгоценное достояние отцов - язык и веру, и объединенный с родными братьями, жить в мире и согласии с соседями, уважая их самобытность". Так говорит наш Верховный Главнокомандующий в своем обращении к народам Австро-Венгрии.

Такой язык немцам непонятен.

Кто же победит?

Побеждают не страхом, а любовью...

 

VI

Снова приходится повторить, - что нет лютости, какой ни проявили бы немцы.

Раненый казак, попавшийся в плен австрийцам, был подвергнут мучительным пыткам: ему вырезали кожу вдоль ног, соответственно тому, как у донских казаков нашиваются цветные лампасы на шароварах (Русское Слово).

Такое надругательство не прощается...

Есть поговорка: "победителей  - не судят", и германцы, надеясь быть победителями, думают, что для них не будет суда, что их победные крики заглушат стон и вопли жертв их злодеяний.

Но они горько ошибаются, ибо и приближается день страшного возмездия и неумолимого приговора.

И повторит история слова нашего славного летописца Нестора: "погибоша, аки Обре".

Чем строже и беспощаднее будет кара этим безжалостным насильникам и их Кайзеру - истребителю, - тем продолжительнее и прочнее будет мир среди народов, населяющих Европу.

Знаменитый итальянский поэт Габриель д*Аннунцио, призывая Италию смело идти на бой со злыми тевтонами, говорит: "Жадность и жестокость германцев отличаются от таких же чувств первобытных народов только своей большей тяжеловесностью". Еще древний историк Тацит говорил, что германцы дисциплинированно занимаются грабежом.

"Нельзя медлить пред лицом свежих ужасов: пред лицом убийств, совершенных над детьми и беременными женщинами, пожаров, разрушений и истребления всех живых сил и всех памятников человеческой славы".

"Необходимо остановить эту лавину варварства во имя блага всего человечества" (Ле Журналь).

Да, злые тевтонцы являются врагами человечества.

И вот на эту великую священную брать, в кровавый смертный бой идут наши славные русские войска, наши "орлы боевые", идут с отвагой и силой на великое дело любви и мира и своим победоносным ходом несут всем народам залог счастья в будущем.

Да, это - священная война и священна память героев - борцов, ставших грудью на защиту святыни цивилизации, благородства мира, вечной красоты и справедливости против наступающей свирепой орды завоевателей.

Слава и честь русскому воину!

Да, русский заслонил своей грудью угнетенный народ, стал на защиту братьев - славян.

Здравствуйте, братья - славяне!

Мир вам, свободу несем!

Рабские цепи разбейте,

В бой мы с врагами пойдем.

Русь на защиту вас встала - 

Смело идите вперед, -

С словом любви и привета

К счастливой жизни завет.

Русскою кровью политы

Ваши поля и леса,

Крепко сомкнулись на веки

Мощные наши сердца...

 

VII

И на долю нас, русских, выпало наибольшее озлобление со стороны германцев и австрийцев.

А между тем очень важно выяснить, - есть ли основание не только для такого озлобления, но и вообще для вражды к нам со стороны как тех, так и других немцев.

Нечего уже говорить о том, что немцы живут у нас в России припеваючи.

Немецкие колонисты располагают у нас огромным количеством земли превосходного качества, при чем душевой надел не только не превышает наш крестьянский, но в некоторых местах может быть назван помещичьим хозяйством; зажиточность их - общая.

Полная защита со стороны русских законов и даже особое покровительство.

Немецкое дворянство в Прибалтийском крае также благоденствует.

Следовательно внутри у нас нет поводов для вражды.

А если мы обратимся к истории, к прошлому, то увидим, что во внешних отношениях мы русские ни в чем не повинны пред Пруссией и Австрией: наоборот, и та и другая державы обязаны России не только своим благополучием, но и самим существованием.

Наполеон I разгромив Европу и уничтожив прусские полки в битве под Йеной, говорил Императору Александру I: "пруссия не существует. Это теперь только географический термин".

Участь Пруссии была решена.

Известно, как Прусский король Фридрих-Вильгельм III под Тильзитом стоял на вытяжку пред императором французов; когда тот гордо прошел мимо него, собираясь на прогулку на своем скакуне.

В то время Пруссия оказалась мало мощной, так сказать второстепенной державой, и наполеоновский поход раздавил ее.

Спасителем явился Русский Царь.

По Тильзитскому договору 1807 года Наполеон из уважения в Александру I подарил королю Прусскому, как союзнику России, некоторые земли, которые и были перечислены в договоре.

Королева Прусская Луиза, перенесшая тяжелые унижения от Наполеона, найдя с детьми трогательный, сердечный приют при дворе Александра I, говорила своим детям, что кости ее перевернутся в гробу, если потомки ее забудут благодеяния России" (Записки королевы. Дети ее: Фридрих-Вильгельм IV, впоследствии король и Вильгельм I император, известный войной с Францией).

Оказанные благодеяния однако не помешали этому же Фридриху-Вильгельму III впоследствии во время войны Наполеона с Россией, дважды переходить на сторону Наполеона и снова возвращаться на сторону России.

На известной картине художника изображена трогательная сцена: коленопреклоненный Фридрих-Вильгельм III с сыновьями благодарит Москву за избавление от Наполеона. Это единственное королевское "спасибо" за спасение государства, которое было восстановлено Александром I после свержения Наполеона.

 

VIII

И это письмо приходится начинать злодеяниями немцев.

Нельзя умолчать об этих зверчких выходках, от которых буквально кровь стынет в жилах. Под Сувалками немцы-германцы сожгли живьем наших казаков, захваченных в плен.

Изверги! Нет вам прощения!!!

Они при отступлении привязывали пленных в телеграфному столбу для того, чтобы каждый проходящий немецкий солдат колол их штыком живого, а потом и мертвого.

Они привязали веревкой пленного и обнаженного тащили за повозкой (Русское Слово).

Как можно быть спокойным при виде таких зверств, как можно умолчать о них!

Да, эта расправа ждет должного возмездия и, по справедливости, без всякого сожаления можно сказать, что долг будет платежом красен. Что посеешь, то и пожнешь, и нельзя удивляться тому, как при случае казаки рассчитаются с ними...

Германские войска продолжают обстреливать госпитали Красного Креста и на французском фронте ими убиты две английских сестры милосердия и несколько ранены (Раннее Утро).

Произведенным во Франции следствием установлено, что еще 26 августа немецкий генерал Стенгель отдал приказ по войскам не давать пощады неприятельским солдатам и добивать раненых пленных. Военнопленные германских полков под присягой подтвердили это и добавили, что сами видели, как раненых французов добивали...

***

Но велика и чиста душа русского человека.

До сих пор еще не было случая проявления безцельной жестокости и издевательства со стороны русских войск. В бою русский неукротим и страшен, но стихла схватка, умолкла стрельба, и русский снова жалостлив и снисходителен: он и врага раненого взвалит на плечи и донесет до перевязочного пункта. Это - воин, помнящий завет великих своих воздей: "бей врага, когда он нападает, и жалей, когда ты поверг его".

Да, будущее принадлежит тому народу, который хранит такие заветы.

Все газеты полны рассказов об удивительных геройских и самоотверженных подвигах наших солдат и казаков: русский рискует собственной жизнью, а в пощаде врагу не откажет.

С молоком матери русский всасывает чувство жалости. И наша русская мать, многострадальная русская женщина, ростит дитя в этом чувстве и создает мощного, страшного воина и жалостливого человека.

Привет тебе, русская женщина, русская мать, ты научила своих людей и забывать обиды и любить родину и за счастье, за благо ее самоотверженно отдавать свою жизнь. Настоящая страшная, безпримерная в истории война показала все величие твоей души и мощного любвеобильного сердца, что засвидетельствовали твои сыны, русские воины своими геройскими подвигами.

Преклоним же колена пред павшими героями, защитниками родной страны, и воздадим хвалу русским матерям, вдохнувшим в сынов своих жажду великих подвигов.

***

Немцы по какому-то странному недоразумению считалось до настоящего времени народом идейным, насадителями культуры, мира и правды. Ныне повязка спала с глаз народов всего мира, и обнаруживалось, что вся эта нация в 60 миллионов душ озверела.

И это не случайность. Теперь обнаружилось то, что таилось в душе и сердце каждого немца: таким его воспитали. И он вечно был злым тевтоном.

О причинах такого явления я скажу вам в следующем моем письме, а теперь напомню, - каким немец был раньше.

Русская пословица говорит: "Каков поп - таков и приход". И вот, заглядывая в истории Пруссии, мы видим знаменитого прусского короля Фридриха II, называемого Великим. Он считал себя поэтом,  философом и в то же время совершал невероятные варварства. Он сортировал пленных и тяжело раненых зарывал живыми в землю, а здоровых пленных одевал в прусские мундиры и ставил в первые ряды, заставляя сражаться со своими соотечественниками.

А Фридрих-Вильгельм, о котором я говорил в VI письме, обратившись из союзника во врага Наполеона I, в 1813 году издал следующий манифест, обращаясь к войскам: "Вы должны лишать жителей вражеской страны всего их имущества, отнимать у крестьян или уничтожать все запасы... сжигать жатвы. А щадить никого и ничего не полагается"...

В 1866 году, когда пруссаки разгромили Австрию, они расправлялись даже страшнее казаков 1812 года.

В 1870 году, когда Вильгельм I, Бисмарк и Мольтке разгромили Францию, каждый шаг пруссаков сопровождался жестокостью и поруганием. Они беспощадно, с особенной яростью, бомбардировали французский город Страсбург, совершенно беззащитный, в который укрылась масса мирных жителей, бежавших пред нашествием немцев, и где была масса раненых. Никому пощады не было. Музей живописи был уничтожен, библиотека с драгоценными рукописями и книгами погибла.

С падением французских крепостей пруссаки стали беспощадно  распоряжаться в беззащитных провинциях Франции: сжигали деревни, люди гибли в пламени; расстреливали десятками и сотнями.

При взятии крепости Шатодена пруссаки зажгли город. Солдаты ходили по домам с губками, намоченными в керосине, и зажигали дома, принуждали с пистолетами в руках делать то же самих жителей. Пожар и неистовства войск создавали настоящий ад.

Нельзя не привести следующего случая. Из горящего дома родные вынесли на улицу больного недвижимого старика на матраце. Пруссаки отняли постель и вместе с больным бросили в пылающий костер ("La Guerre").

И этих немногих указаний достаточно, чтобы прийти к заключению, что зверства нынешней войны есть последствие их славного прошлого и, что они всегда были зверями.

Чаша терпения ныне переполнена и в Англии возникает уже вопрос: возможно ли терпеть в дальнейшем в Европе такую нацию, которая явила себя на пространстве всей своей истории такими злодеяниями.

В Гааге образовался антигерманский всемирный союз, который призывает все культурные народы Европы к общей борьбе против варваров-немцев и бойкоту Германии.

Союз предполагает не допускать немцев ни в гостиницы, ни на курорты, исключить их из всяких обществ, клубов, спортивных европейских состязаний, бойкотировать произведения немецкой промышленности, немецкие куплеты, докторов; изгнать немцев из всех негерманских стран, совершенно изолировать германское побережье, основать антигерманскую печать за границей.

Все предполагаемые средства должны иметь целью уничтожение немецкого высокомерия и наглости.

Что проделывали немцы раньше, то же повторяют они и теперь, и даже со своими союзниками поступают возмутительно.

Баварцы жалуются, что войска их голодают, а пруссаки отнимают у них провиант. Пруссаки выставляют баварские полки в первую линию огня, а сами остаются в тылу и перехватывают идущие к баварцам обозы.

Да, такой народ может держаться только своими пушками, возбуждая у других только одну ненависть к себе.

Как глубоко заблуждалась Европа в отношении немцев. А они открыто заявляли, что сила в огне и мече. И знаменитый памятник, поставленный ими в Берлине после разгрома Франции, состоит из высокой колонны, постепенно суживающейся к верху; с низу и до верху идут по ней ряд над рядом пушки, обращенные дулами вверх к небу, а на верху колонны ангел славы с трубой, возвещающий о великих делах немцев.

Кровь, разорение, смерть и разбой - это немецкая слава.

 

IX

Для полной характеристики немецкой "нравственности" и понимания ими чести и справедливости надо прибавить несколько фактов, рисующих общее направление их правящих сфер.

До последних времен фактам этим не придавали значения и даже как бы удивлялись немецкой изобретательности.

Среди этих фактов особенно важен закон 1 июля 1870 года о "двойном подданстве". Немцы превзошли здесь иезуитов, которые проповедуя, что "цель оправдывает средства", все-таки не дошли до такого развращения путем законодательного акта, до какого дошлт немцы в законе о "двойном подданстве".

Как нельзя иметь двух родных матерей, так нельзя иметь два отечества, быть подданными двух государств.

Нечестно и совершенно противоестесственно жить в стране, пользоваться ее благами, закрепить себя объявлением, что "я - твой", и в то время, как страна эта считает тебя сыном и народ - братом, слушать веления иного голоса, призыв другой  страны. Это будет предательством и такой обыватель явится клятвопреступником, как принявший присягу при вступлении в подданство. Подданство есть тоже усыновление, но еще с более широкими правами. Конечно, пока иностранец живет в другом государстве временно или как колонист, оставаясь подданным своего государства, на него не может вполне рассчитывать новое государство, полагаться на его верность и доверять тайны своей безопасности. Но принявший подданство сравнивается в своих правах с коренными жителями страны, и ему делается все доступным в его новом отечестве.

В верности своей он связывается и законом и присягой.

И вот закон о "двойном подданстве" разрешает немцу принимать любое подданство, оставаясь в то же время германско-подданным, обязанным всегдашней верностью Германии. Он должен исполнить свой долг перед Германией, пойти на защиту ее и, значит, в случае надобности предать свое новое отечество, нарушив данную  присягу. Закон этот разрешает клятвопреступление и создает во всей массе немцев, выселившихся из Германии в другие государства, верных разведчиков, лазутчиков, обязанных в решительную минуту откликнуться на призыв Германии и идти на защиту ее, не считая себя нравственно, пред своей совестью, ответственным за такое деяние.

Ввиду этого Министерство Внутренних Дел вносит в порядке 87 ст. законопроект о ликвидации немецкого землевладения. Ликвидация землевладения немцев коснется не только пограничных областей, но также и Донской и Кубанской областей.

В законопроекте приводятся факты, когда колонисты действовали в пользу Германии и подготовляли колонии для нападения врага (Пр. Кр).

Законопроект в ближайшем будущем будет рассмотрен в Совете.

Законопроект этот будет распространен на все имения, приобретенные после 1 июля 1870 года, т.е. после издания указанного закона о "двойном подданстве".

Другим фактом является немецкое шпионство. Немцы наводнили своими шпионами Францию, Бельгию, Англию и наши польские губернии, прилегающие в границе Германии. В течение многих лет сознательно, по выработанному плану, немцы расселяли в этих странах разных "мирных" обывателей: ремесленников, рабочих, фермеров и проч. и проч. под всеми видами труда и эти "мирные" обыватели не только давали германскому правительству самые широкие сведения о положении страны, где каждый из них жил, но и являлись опорными пунктами для будущих военных операций.

Теперь обнаружено, что под видом устройства какого-нибудь завода, мельницы и др. хозяйственных предприятий сооружались прочные бетонные площадки, на которые прекрасно можно помещать осадные пушки, пользоваться возвышенным положением этих сооружений. Такие площадки устроены были, например, в Бельгии вблизи фортов Антверпена, который считался неприступным, и на этих площадках была установлена тяжелая осадная артиллерия.

Устраивали буровые скважины для опускания труб с бензином, который необходим для цепелинов (Р. С. Газ. Star).

В нужных местах каждая мельница служила намеченной цели, в ней имелся телефон, были обнаружены телефоны в колодцах и проч.

Конечно, все это делалось в пограничных местах.

Наши раненые в последних боях под Варшавой и Ивангородом рассказывают о следующих случаях. Разведочный отряд наш занял очень выгодные позиции и не мог быть обнаружен неприятелем. Но вот стоявшие невдалеке ветряные мельницы вдруг заработали... и сейчас же посыпались снаряды неприятеля. Мельницы были остановлены нами и стрельба прекратилась... Ночью вдруг загорелась какая-то лачуга, и снова посыпались снаряды, а когда перкратили пожар - и стрельба умолкла.

Три раза пришлось переставлять батарею, рассказывал офицер, благодаря меткости стрельбы противника, хотя местность была благоприятная для нас. Наконец, обратили внимание на мельницу, стоявшую вблизи, и в ней захвалили мельника за телефоном. "Когда сняли этого предателя, и меткая стрельба прекратилась".

Войдя в наши пределы немецкие офицеры во многих местах без ошибки заходили в дом, где были телефоны, и работали, как дома.

Дороги в наших местах им были хорошо известны, и они пользовались каждой тропинкой, как местные жители. При той лесистой и болотистой местности, какой является во многих местах наша граница с Германией, такая осведомленность очень важна, и для нее нужны были свои проводники.

За последние 25 лет немцы, по рассказам местных жителей, в громадном количестве расселились вдоль нашей границы под разными предлогами и приобрели участки земли.

Надо удивляться немецкой настойчивости и умению, но в то же время нельзя не поражаться тем нравственным развращениям, тем лакейством души, какое свидетельствуется этим систематическим, продуманным шпионством, этим предательством на законном основании. Закон о "двойном подданстве" развязывал руки "доброму" немцу быть предателем и считал себя честным человеком.

При таком нравственном разложении всякие злодеяния возможны, и ничего святого не остается в душе.

Так подготовлялась сорок лет Германия к войне, измышляя необычайные пушки, вооружаясь с ног до головы и шпионством подготовляя путь в наступлению.

Но эти устои ненадежны, и гибель могущества Германии не за горами.

 

X

События идут с такой быстротой и так многое хочется сказать в этих кратких письмах, что никак не можешь удержаться в пределах последовательного изложения событий. Приходится делать скачки.

Некоторые при этом просят рассказать о самых боях.

Вполне понимая желание читателей ближе знать о действиях наших доблестных войск, я и остановлюсь на некоторых отдельных эпизодах этой страшной войны.

Да, русские войска покрыли себя вечной славой. Иностранные газеты, с восторгом отмечая успехи русских войск, останавливаются на мужестве, стойкости и беззаветной преданности долгу русского воина. Даже наш грозный и лукавый противник - немцы - и тот, конечно, скрепя сержце, признает выдающиеся качества русской армии.

Привет вам русские воины!  Великое дело совешаете вы и своею кровью поливаете ростки величайших всходов, которые принесут вам славу и счастье великой нашей родине и всему миру.

В настоящую минуту еще невозможно вполне оценить и учесть всех величайших последствий, какие будут иметь принесенные в этой войне русскими жертвы. Впредь же на вражеский стан, Бог благославляет русское оружие!

***

Трудно охватить все отдельные случаи геройства и мужества не только отдельных лиц из числа сражающихся наших войск, но даже и отдельных небольших частей. Каждый казак, солдат и офицер - это крепость; каждый знает только одну команду: "вперед!". Только смерть заставит отступить; даже раненый ползет вперед...

Со слов очевидцев и участников боев я передам вам некоторые отдельные случаи.

26 сентября передовые неприятельские отряды придвинулись к реке Висле. Наши разведчики и кавалерийские разъезды выяснили присутствие всех трех родов оружия...

Мы перешли Вислу, заняли позиции и стали ожидать немцев. Погода была отвратительная: дождь, сырость, непроходимая грязь. Кругом все было пусто, население бежало... Вдали слышалась сильная канонада.

И вот в 3 часа дня 2 сентября из леса показались немцы. Идут, не осматриваясь. Густые колонны их подошли к нам на ружейный выстрел. Не ждали они, что мы их встретим здесь...

Грянули наши ружья, защелкали пулеметы, страшным роем неслись пули... Заметались немцы... сбились в кучи, целые ряды их падали, как подкошенные. Бросились они в разные стороны, а потом бегом обратно к лесу, но пули догоняли их и лишь кое-кому удалось добраться до леса: все поле было усеяно трупами...

Стало смеркаться. Рассыпавшись цепями, мы вскоре подошли к укрепленной немцами деревушке и под прикрытием темноты намеревались атаковать ее. Но немцы тут встретили нас шрапнелью. Пошел бой... Дождь льет, тьма... Все мокро... грязь. Дождь лил с утра. Снаряды летят. И вдруг в деревне стало светло. Загорелись от наших снарядов соломенные крыши и мы, при свете зарева, вошли в деревню. Немцы отступили. Но с чердаков домов неслись в нас выстрелы. Кинулись туда наши, зажгли хаты и перебили засевших там немцев. Деревня пылала... Мы двинулись дальше, к немецким окопам за деревней и пошли в атаку. Немцы били из-за окопов. Убийственный огонь их не давал ходу. Мы залегли на дороге и немного передохнули... Снова дружно кинулись вперед и добежали до окопов. Немцы поднялись нам на встречу и начался страшный рукопашный бой... трудно передать, - что тут было.

Мы сбили их с насыпи, валили на дно траншеи, кололи, били прикладами... Целые ряды тел лежали в траншеях. Кто уцелел - бежали.

Вся линия окопов была захвачена русскими войсками и в одном месте был взят в плен оружейный в окопах немецкий батальон.

Неприятель отступил по всему фронту и снова окопался в трех верстах от своих прежних позиций.

Под Варшавой русские дали большой урок немцам - пруссакам, считавшимся в мирное время "дивной германской армией". Немцы разбиты и никогда не забудут этого урока. Из Варшавы телеграфируют:

"Немцы отступают по всем путям, оставляя раненых, не закапывая убитых, бросая повозки, мотоциклетки, велосипеды, кухни, подводы с мясом. Они начали отходить в ночь на вторник, маскируя кое-где отступление легкой артиллерийской стрельбой. Затем сняли артиллерию и поспешно стали отходить в направлении Петрокова. На полях трупы наших  германцев, пристрелянные лошади, брошенное оружие, немецкие каски, меховые сумки, патронташи, непромокаемые накидки и фляжки.

Особенно тяжелое, неизгладимое впечатление оставляет поле под Ракитиным, где наши шли атакой к костелу, избранному пруссаками наблюдательным пунктом. На колокольню они взгромоздили пулеметы, а сами прятались за стенами храма и в доме у ксендза. Такое укрепление не помогло. Атакой наша пехота заставила немцев отступить в паническом бегстве. В этом деле русские солдаты и офицеры проявили поразительное геройство. Павший на поле битвы командир одного из полков шел в первой линии, показывая солдатам пример доблести".

Немцы дкмали в Варшаве посадить на Польское царство короля Саксонского и для этого привезли этого старика под Варшаву, но вместо этого король едва успел спастись бегством, а его штаб и гофмаршал попали живыми в руки наших войск (Р.У.).

У гофмаршала уже были заготовлены манифесты, грамоты и награды... Да, можно сказать: "по усам текло, да в рот не попало".

Кавказцы наши и сибирцы особенно отличились.

- Не могу сейчас нарисовать всей картины боя, так как сильно устал и не собрался еще с мыслями, - говорил офицер.

Расскажу два - три эпизода, ярко характеризующие выдержанность наших сибиряков.

Целую ночь мы рыли окопы.

С рассветом неприятель стал наступать, прицеливаясь в наши окопы фугасными бомбами и шрапнелями.

К 9-ти часам утра их артиллерийский огонь достиг наибольшего своего напряжения.

Окопы наши сносились неприятельскими снарядами.

Наш батальон - один только батальон - выдерживал натиск двух неприятельских корпусов.

Мы получили приказ продержаться целый день: к вечеру обещано было подкрепление.

Командир батальона разослал всем офицерам записку такого содержания:

"После такого боевого крещения мы все должны быть братьями; отныне все офицеры батальона - на "ты".

Записка пошла по офицерам, а оттуда по солдатским рядам.

Настроение приподнялось.

С удвоенной энергией мы принялись за работу и целый день оставались на своих местах, покуда прибыли большие подкрепления и отбросили врага.

Батальонный командир получил две раны. Он представлен к Георгию.

Следует отметить героизм начальника нашей пулеметной команды.

В укромном местечкн леса он укрыл четыре своих пулемета и начал обстреливать неприятеля.

Наши пулеметы были замечены, и тяжелыми неприятельскими снарядами один подбит.

Не желая подвергать опасности остальные пулеметы, командир перевел их вместе с командой вглубь леса.

Получив сведения, что приближается наприятельская колонна, он удобно расположил свои пулеметы и стал ждать неприятеля.

Из-за леса стала двигаться колонна. Дав ей приблизиться на 50 шагов, он открыл убийственный огонб, расстроил неприятельские ряды и тем предотвратил обход нашего правого фланга.

Начальник команды был ранен, все солдаты - также ранены.

И уже раненые, они вывели свои пулеметы из огня и доставили в безопасное место.

Германские потери в последних боях, по рассказам пленных и раненых немцев, не поддаются учету. Поле сражения густо усеяно трупами. Пленные говорят, что от ужаса этих зрелищ они были близки к помешательству. По имеющимся сведениям всеми оперециями под Варшавой руководил сам Вильгельм, находившийся со своим штабом в Петрокове.

Немецкие солдаты при отступлении бросали орудия, патроны, повозки и верхнюю одежду и бежали без оглядки (У.Р.).

А вот бой на реке Сане.

"Одновременно с началом решительных сражений под Варшавой и Ивангородом соединенными корпусами автро-германцев был предпринят целый ряд попыток завязать длительные бои и в районе северной части реки Сан.

Здесь стянуто было около 4 корпусов при большом количестве орудий и кавалерии. Как потом выяснилось, главной целью всех было задержать возможно дольше стремительный натиск русских войск, наступавших к Пржемышлю.

Начиная с 1 и по 7-е октября австро-германцы пытались перейти в наступление и переправиться через Сан. Одна их таких попыток была предпринята неприятелем 4 и 5 октября, где он потерпел чрезвычайно сильный урон. Еще в ночь на 4-е октября нами было замечено наступление крупных сил противника на левом берегу реки Сана в окрестных деревушках; рыли окопы и подвозили большое количество понтонных полулодок. на всякий раз, как только нами замечался большой транспорт таких полулодок, двигавшийся на особых повозках к берегу, с правого берега наша артиллерия открывала такой ужасающий огонь, что австрийцы не только не успевали навести понтоны, но принуждены были, бросая лодки, бежать в окопы, под защиту своих батарей. Результатом действия наших орудий было то, что весть берег реки Сана был буквально устлан неприятельскими трупами. Ими же были завалены также все мысы и небольшие леса, тянувшиеся вдоль берега.

Расстрелянные австро-германские корпуса отступили чрезвычайно поспешно.

Нами захвачено большое количество пленных и пулеметов.

Между прочим, преследуя всю ночь один из австро-германских отрядов, русские стрелки - утром, в 4 часа, - под прикрытием тумана незаметно подобрались к неприятельским окопам, быстро "сняли" часового и появились в ложементах тогда, когда их там и не ожидали: все офицеры и солдаты спали крепким утренним сном. Схватились было германцы, но были тотчас же приколоты, а остальные, около 150 человек, взяты в плен.

У одного из капитанов около его изголовья стоял будильник, заведенный на 1/2 час. восьмого когда он думал проснуться, но пришлось подняться раньше" (Ут. Р.)

Так русские войска постояли за Варшаву.

 

XI

Я уже писал вам, что закон о "двойном подданстве" делал из немца, поселившегося в другой стране, соглядатая, шпиона, предающего вполне сознательно свое второе отечество. Немцы внедрялись в другую страну и заселяли ее возмаожно шире, в особенности по Границе с Германией, являясь, в сущности, передовыми отрядами армии при ее наступлении.

Особенно это немецкое засилье было направлено на Россию.

В одном только юго-западном крае оказалось еще к 1882 году, т.е. 32 года тому назад, восемьдесят восемь тысяч немецких поселений, обладавших пространством в четыреста тысяч десятин земли. Это - в местности, ближайшей к границк Германии и Австрии.

Теперь официально установлено возмутительное и преступное поведение немцев в России, и потому надо приветствовать тот законопроект о ликвидации немецкого землевладения, который вносит Министр Внутренних Дел.

В объяснительной записке, приложенной к этому законопроекту, приводятся поразительные по своей наглости факты (Русское Слово, №236).

Установлено, что иностранные поселенцы, несмотря на многолетнее пребывание в русских пределах, в громадном большинстве не только не обнаруживают стремления к слиянию с окружающим населением, но упорно сохраняют свою обособленность и отчужденность от русского народа, к которому относятся свысова и почти враждебно. Иностранные поселенцы могут почитаться русскими подданными лишь формально.

Количество уклоняющихся среди них от военной службы постоянно было огромно. В 1906 годууконилось 13 1/2%, в 1907 году - 19 1/2%, в 1908 году - 20 1/2% и в 1909 году - 22 1/2%. Одновременно поселенцы продолжали оставаться в австрийском и германском подданствах и охотно отбывали воинскую повинность в своих государствах. В 1910 году в Волынской губернии числилось, по словам записки, огромное число поселенцев, о которых было известно, что они состоят чинами запаса австрийской и германской армий.

По мнению министра внуьренних дел Германия, приступившая после франко-прусской войны в подготовке наступательного движения на восток, тогда же стала пользоваться немецкими поселенцами в России для облегчения своей будущей задачи. 1-го июня 1870 года в Германии был опубликован закон о "двойном подданстве". Этим законом германское правительство имело намерение воспользоваться в целях руководительства немецкими выходцами, которые уже в то время находились в пределах России.

Волынская губерния была наводнена заграничными прокламациями, в которых немецкие поселенцы приглашались приобретать земли у поляков в Познани, дабы вытеснить последних из землевладения. Далее явно обнаружилось, что немецкое землевладение должно было всячески содействовать подготовке германского военного нашествия на наши западные границы.

Немецкое землевладение в юго-западном крае в последние годы сосредоточилось вдоль военно-транзитной дороги Житомир-Новгород-Волынск-Корец. Расселение немецких выходцев было направлено по стратегическим путям к югу от линии Киев - Брест.

***

В 1912 году немецкий уроженец Гасбах, принявший русское подданство, намеревался произвести осушительные работы на купленном им участке земли, в долине реки Ворба, вблизи крепости Осовец. Этой осушкой создавались бы выгодные условия для германских войск, в случае перехода их через названную долину.

Это та самая крепость Осовец, где в настоящую войну немцы были разбиты. Шли они к этой крепости, очевидно, с хорошими указаниями и были уверены в своем успехе, но их уверенность разбилась о стойкость наших войск и благоприятные условия местности.

В 1913 году стало известно о покупке всей западной части острова Даго иностранным обществом.

В 1913 году сувалкский губернатор сообщил, что площадь немецкого землевладения во вверенной ему губернии достигает 5% всего пространства. Немецких выходцев в этой губернии было 34000 душ, причем они заселили преимущественно места, пограничные с Пруссией.

При покупке земель немцы не задерживали уплаты, а расплачивались всегда новыми, не бывшими еще в употреблении кредитками.

По имеющимся данным, проживающие в пограничной полосе немецкие колонисты обязаны, в случае наступления германской армии, предоставлять в ее распоряжение квартиры и фураж, а при требовании последнего для нужд русской армии - жечь его, за что им обещано особое от германского правительства вознаграждение.

В имении Скородупянах, Волковышского уезда, которое находилось во владении проживавшей за границей вдовы Елены фон Багер, состоял администратором бывший прусский подданный, принявший в 1881 году русское подданство, прусский вахмистр Фукс. К нему приезжали германские офицеры и повсюду производили съемки местности. У него в числе рабочих имелис прусские подданные.

Летом 1913 года были получены сведения о существовании в Берлине "общества попечения о немецких переселенцах, возвращающихся в Германию", которое в действительности преследовало цель добывания, при посредстве немецких колонистов, в пределах России сведений военного характера.

В местностях, лишенных военного значения, общество развивало широкую агитацию в пользу возвращения колонистов в Германию или переселения их в другие русские местности, интересные в военном отношении. В Волынской губернии имелись агенты общества, переправлявшие в Прибалтийский край всех колонистов, которые намеревались возвратиться в Германию.

За последние 10 лет в Слупецком уезде Калишской губернии, немецкий колонист Юлиус Мильбран купил целый ряд частных имений на средства, полученные им, за неимением собственных, из прусского источника, и, затем, распродал таковые исключительно немецким колонистам, не допуская к покупке ни одного местного крестьянина.

В селении Тынец, под самым Калишем, 4 года назад немец Штенцель приобрел несколько десятин земли и устроил на ней кирпичный завод, весьма солидно соорудив его на возвышенности, подле которой, в глубоком овраге, протекает река Свендерля с большим деревянным мостом, служащим единственным в данной местности проходом по лодзинско-калишскому шоссе. Немедленно по вступлении в Калиш пруссаков они осведомились о том, где находится кирпичный завод Штенцеля, и, найдя его, приступили к его укреплению, вместе с окружающей местностью, посредством устройства окопов, волчьих ям, проволочных заграждений и т.п. сооружений, превративших завод в настоящий форт.

Эти приведенные факты требуют, чтобы закон этот был проведен в жизнь со всею непреклонностью и строгостью, и послабления здесь неуместны. Законопроект предлагает все-таки взять у немцев приобретенные ими земли не безвозмездно, а путем выкупа.

Русское население указанных местностей страдает от малоземелья и эти земли ему крайне необходимы.

 

XII

Что касается других наших пограничных областей, как Бессарабская губерния и Прибалтийский край, то и в отношении их имеются не менее интересные факты.

В Бессарабской губернии в 1911 и 1912 годах был констатирован факт перехода к немецким колонистам помещичьих земель общей площадью в 11500 десятин Бессарабский губернатор удостоверил стремление лиц немецкого происхождения, хотя и русских подданных, приобретать имения в местностях, имеющих стратегическое значение. Заслуживает внимания то обстоятельство, что в то время как в других губерниях немецкие поселенцы водворялись вдоль линий железных дорог, в Бессарабии, как бы обратно, но, в сущности, с тем же расчетом, все вновь проектируемые и строящиеся ныне рельсовые пути прошли исключительно по немецким колониям и даже образовали собою угол только для того, чтобы прорезать самый центр их расположения, минуя только при этом русские селения до такой степени тщательно, что ни одно из них не оказалось к ним поблизости. Объяснение этого заключается в том, что изыскания путей были произведены при ближайшем участии местного земства, всецело находящегося в руках немецких колонистов.

Относительно Прибалтийского края сообщил данные член Государственной Думы князь С.П.Мансырев в своей интересной публичной лекции ("Русское Слово", 13 ктября 1914 года).

Все землевладение в Прибалтийском крае, по словам князя, находится в руках поместного немецкого дворянства. Остальную массу неселения составляют, по приемуществу, эстонцы и латыши, у которых нет никакой нравственной связи в дворянством, преследующим свои узко-сословные интересы. Желая усилить свое влияние и найти опору в населении, дворянство образовало с этой целью "немецкое общество", которое раскинуло свою деятельность на все три губернии Прибалтийского края. Общество ставит своей задачей превознесение немецкой культурыи всего немецкого.

Последние годы поместное дворянство стало усиленно заниматься насаждением немецкой колонизации. Число немецких колонистов в Прибалтийском крае в последнее время сильно увеличилось. Помещики под всякими предлогами стараются расторгнуть контракты и выселить из своих имений эстонцев и латышей и заселить их немцами. Немецкая колонизация в Прибалтийском крае пополняется частью переселенцами с Поволжья, частью из Волынской губернии, и в незначительной степени - даже непосредственными выходцами из Германии. В результате, в настоящее время, вся пограничная полоса с Германией сплошь заселена немецкими колонистами.

В последнее время немецкие помещики почти совершенно изгнали из своих имений служащих этонцев и латышей и заменили их немцами.

Князь Мансырев приводит целый ряд фактов.

- В имении Элей, Добленского уезда, владельцем которого является граф Медем, в должности лесничего, его помощника и пивовара в последнее время состояли германские подданные. Управлял имением офицер запаса германской армии.

Накануне объявления войны все эти лица исчезли.

В имении Кауцемюнде, графа Палена, под видом управляющего проживал офицер запаса германской армии граф Зигмунд фон Спретти. Хозяйством он не занимался, по целым дням бродил с записной книжкой. Часто являлся на почту, получал и отправлял обширную корреспонденцию.

Накануне войны он исчез из имения.

В имении Графенталь, барона Клопмана, состояло на службе много германских подданных, а управляющим имения был офицер запаса германской армии.

Накануне объявления войны к барону Клопману съехалось около 60-ти человек из соседних имений, владельцев, управляющих и служащих.

На другой день управляющий имением исчез.

Владелец имения Нурмис, Рижского уезда, граф Дунтен постоянно проживает в Германии. Управлял его имением также офицер запаса германской армии.

В имении Канданков, барона К. фон Мантейфеля, все без исключения служащие набраны из немцев.

В первое время войны, когда в районе Газенпотского и Гробинского уездов часто появлялись германские аэропланы, по ночам здесь производилась своеобразная сигнализация при помощи медленно спускающихся ракет. Сигнализировали из, так называемого, кладбища - места в парке, огороженного высокой каменной стеной, куда никто из местных жителей не допускался.

Барон фон Мантейфель, видный деятель "Немецкого общаства", еще за год до войны старался всеми мерами склонить местных латышей уступать земельные участки немецким колонистам, уверяя, что в скором времени в крае могут появиться немецкие солдаты, и латышам, все равно, придется уйти.

При станции Штокмансгоф находится имение Альт-Шванебург, принадлежавшее баронессе Вольф, вышедшей замуж за знаменитого графа Цеппелина. На эту станцию было получено из Риги два вагона бензина, неизвестно для каких целей, так как промышленных заведений в окрестностях нет. Спустя неделю, местные жители нашли аэроплан на земле имения Хинценберг, принадлежащего барону Вольфу, к которому перешло и имение Альт.

Все это открывает нам, русским, глаза на "доброго" Михэля, как называли обыкновенно немцев, к которому мы слишком благодушно относились, приютили его у себя, кормили, считали другом, а он держал против нас камень за пазухой.

На каждом шагу теперь обнаруживаются его "добрые чувства".

Ревизия делопроизводства Лифляндского губернского правления (в Прибалтийском крае) по принятию иностранцев в русское подданство, дала много материала и документов, устанавливающих поразительную легкость, с которой переходили в Риге в русское подданство австрийцы и германцы ("Русское Слово", №237).  

Министерством Внутренних Дел получены от некоторых губернаторов донесения о том, что чинами полиции установлены многочисленные случаи злоупотребления доверием русской администрации оставшихся в пределах России германских и австрийских подданных.

Последние изобличены в собирании сведений о России, имеющих ценность для неприятеля. Особенно неблаговидно было поведение некоторых германских подданных в губерниях Прибалтийского края.

 

XIII

Нахальство немцев доходит до того, что в немецкой печати раздаются жалобы, что германские и австрийские военнопленные привлечены в России к работам.

Мера эта вовсе не является каким-либо насилием над личностью, так как это офицально разъяснено ("Русское Слово") статьей 6 Гаагской конвенции 1907 года разрешается воюющим привлекать военнопленных к работам, с тем, чтобы эти работы не были изнурительны и не имели отношения к военным действиям. Оба эти условия в России в полной мере соблюдаются. 

Между тем, мы получаем достоверные сведения, что русские военнопленные в Германии, вопреки конвенции, привлечены к работам, имеющим военный характер.

Далее, вопреки статье 44 Гаагской конвенции, неприятельские войска, при появлении своем в русских пределах, требуют от населения, преимущественно еврейского, сообщения им сведений о нашей армии и наших средствах обороны, подвергая тем самым это население, после своего отступления, ответственности за помощь неприятелю по всей строгости законов военного времени.

Все это дорисовывает нравственный облик немца, и потому вполне понятна та ненависть, какую они к себе возбуждают во всех странах. Так, во Франции Парижский всеобщий торговопромышленный синдикат предложил вниманию правительства следующую радикальную меру бойкота немецких и австрийских товаров:

Вводится национальная марка, которая будет выдаваться всем купцам и промышленникам, обязавшимся не иметь торговых сношений с Германией и Австрией и не пользоваться подданными этих государств в качестве служащих и рабочих.

Национальной маркой снабжаютс все товары и документы фабриканта, - это будет служить для покупателя гарантией, что фирма не имеет общения с немцами ("Русское Слово").

Наше купечество также решило принять меры против торгового засилья немцев. На состоявшемся собрании в Москве признано, что первой мерой должен быть бойкот немецких и австрийских товаров.

Нужно перестать покупать эти товары.

Другая мера, вытекающая из первой, - устройство фабрик, вырабатывающих те предметы и товары, которые до сих пор выписывают из Германии и Австрии.

Так как немецкие фабрики и заводы пользовались до сих пор русским сырьем, то следует впредь отпуск этого сырья в Германию и Австрию прекратить.

Надо самим научиться пользоваться своим сырьем. А если отдавать его для переработки, то только в дружественные страны. До сих пор эти страны не обращались, в виду особых тарифов с Германией.

Затем должны быть пересмотрены таможенные тарифы, определяющие размер ввозных пошлин. И, наконец, поднят был вопрос:

- Не прекратить ли выдачу промысловых свидетельств на право торговли в 1915 году всем торговым предприятиям, принадлежащим немецким или австрийским подданным?

Конечно, давно следовало принять меры против немецкой эксплуатации и захвата русской промышленности и торговли, но по пословице - "гром не грянет, мужик не перекрестится", - пора взяться за ум и "лучше поздно, чем никогда" и на будущее время с разбором выбирать друзей...

 

П.

Ставропольские Губернские Ведомости, 1914 год